Статья на Молодежном портале «Здесь» после премьеры спектакля «Человек-подушка» 30.11.2006/

В субботу 25 ноября в Другом театре состоялась премьера спектакля «Человек-подушка» по одноименной пьесе популярного ирландского драматурга Мартина МакДонаха. Оказывается, что искусство вовсе не так светло и благородно, как нам казалось раньше. Оно может порождать насилие и жестокость, преступления и убийства. Искусство не заставляет слабых стать сильнее, а наоборот, доводит людей слабых рассудком до кровавых и садистских преступлений.

В спектакле задействованы профессионалы из Москвы и молодые таланты из Эстонии: Александр Коханчук и Максим Медов. На сцене играют не только актеры Другого тетра: Игорь Рогачев и Давид Гугулян, но и артисты из России – Николай Шатохин и Франции — Cесиль Плеже, известной зрителям по телесериалу «Есенин», «Александровский сад». Режиссер спектакля – Владимир Скворцов – выпускник школы-студии МХАТ. Его режиссерский дебют был в 2004-2005 театральном сезоне, сразу же он был признан критиками. Художник постановки – Максим Обрезков – художник-постановщик театра имени Евгения Вахтангова.

Жанр спектакля создатели определяют как психопатологический триллер с элементами драмы. Все действие происходит в тюремной камере, где следователи допрашивают молодого писателя Катуряна Катуряна. Он думает, что арестован за инакомыслие и пытается доказать, что в его сказках нет ничего предосудительного. У писателя есть полоумный брат, который в детстве страдал от издевательств родителей-садистов, и все сказки он пишет исключительно для него. Эти сказки о возмездии за детские страдания и слезы. Но Катурян и предположить не может, что все кровавые моменты его брат, Михал, будет претворять в жизнь. Кроме того, сумасшедший брат рассказывает полиции, что все это совершил Катурян.

В том, что жанр действительно триллер, зрителю помогает убедиться большое количество сцен насилия в постановке. На сцене звучит очень много ненормативной лексики. Все это делает и без того, психологически сложный спектакль, еще тяжелее для восприятия. Кроме того, на протяжении всех трех часов практически нет никакого действия – только разговоры, рассуждения и философия – очень интересная, глубокая, но тяжелая и утомительная. Было заметно, что зал немного устал: об этом можно было судить по разговорам в фойе и по слегка опустевшему после антракта зрительному залу. Сначала почти полный, а потом поредевший зал показал, что спектакль не оправдал надежд зрителя. Единственное, что скрашивало и разряжало обстановку – фильмы, снятые к спектаклю и показываемые непосредственно во время постановки. Они были сделаны действительно интересно, оригинально и с юмором, за что нужно отдать должное оператору – Максиму Медову.

Александра Кадинец

Кровавая месть за детские слезки на сцене Другого театра

Добавить комментарий